Общественное объединение "За культурно-языковое равноправие"

Украинско-российский экономический форум, или Украинско-российский экономический разлом десять лет спустя

Проведение украинско-российского Экономического Форума в Харькове при участии Президентов обоих государств бесспорно следует рассматривать как индикатор особой важности украинско-российского экономического сотрудничества для наших стран и как факт осознания его политической значимости.

То обстоятельство, что проведение Форума совпало с десятилетием существования Украины и России в качестве независимых государств, на наш взгляд, является знаменательным и создает веские основания для всестороннего осмысления итогов этого десятилетия и извлечения уроков из социально-экономической эволюции наших стран под углом зрения состояния и перспектив украинско-российских экономических отношений.

При этом мы исходим из того, что десять лет - это срок вполне достаточный не только для того, что бы вновь созданные государства могли в полной мере сформировать и продемонстрировать собственным гражданам и окружающему миру свой политический и социально-экономический облик, но и для того того, что бы любое современное цивилизованное государство, во всяком случае государство, обладающее таким экономическим и интеллектуальным потенциалом как Украина и Россия, находясь в условиях мира и внешнеполитической стабильности, смогло преодолеть любой социально-экономический кризис в стране, нормализовать экономическую ситуацию и ощутить под ногами твердую почву для дальнейшего развития.

Подтверждений тому в мировой истории более чем достаточно.

Даже Советская Россия после изнурительной 1-й мировой войны, хаоса гражданской войны и полного экономического развала времен "военного коммунизма" и продразверстки, сумела после известного протрезвления своих большевистских руководителей и перехода к НЭПу в считанные два-три года преодолеть разруху и голод и встретить десятилетие своего возникновения в условиях экономической стабильности и заметного экономического роста.

Соединенным Штатам Америки, переживавшим в конце 20-х - начале 30-х годов прошедшего столетия страшные экономические бедствия времен т. н. Великой Депрессии с 25%-й безработицей и 30%-м падением реального ВНП, потребовалось шесть лет нового экономического курса президента Ф. Рузвельта, что бы восстановить, и уже к концу второго срока его президентства заметно превзойти докризисный уровень развития экономики и реальных среднедушевых доходов граждан.

Западная Германия, обескровленная развязанной правителями бывшей нацистской Германии 2-й мировой войной, и лежащая в 1945 г. в руинах, оказалась способной создать почву для широкомасштабного притока производительного капитала в рамках плана Маршалла и спустя десятилетие после окончания войны превратиться в экономически благополучное и стабильно развивающееся государство с жизненным уровнем населения одним из самых высоких в Европе.

Да и бывшему Советскому Союзу потребовалось менее десяти лет для того, что бы после страшной разрушительной войны, прокатившейся по половине европейской части его территории и унесшей жизнь десятков миллионов его граждан, восстановить и заметно превзойти довоенный уровень производства.

Поэтому, если образовавшиеся после распада бывшего Союза такие индустриально развитые государства как Россия и Украина, на протяжении десяти лет своего независимого существования без войн и природных катаклизмов остаются в состоянии глубокого экономического спада и массового обнищания своего населения, из года в год демонстрируют свою неспособность направить ход событий в созидательное русло и даже не могут организовать надежное и доступное энергообеспечение населения и всей экономики, вступая в XXI-й век в обстановке непрекращающейся истерии вокруг угроз пресловутых "веерных отключений" и замерзания в зимнее время, если в обоих государствах из года в год муссируется тема задолженности по заработой плате и "выбивания" платежей за коммунальные услуги, непомерно подорожавшие и продолжающие дорожать на фоне упомянутого массового обнищания, если общепризнанным фактом становится тотальная коррупция, тенезация и прямая криминализация экономики, то это означает, что мы столкнулись с неким уникальным историческим феноменом, требующим всестороннего осмысления происходящей в наших странах социально-экономической эволюции.

Уже сам по себе факт поразительного сходства, как по содержанию, так и по форме, всех ошибок и прямых нелепостей той политики, которую по недоразумению в обеих странах гордо именовали "курсом рыночных реформ", идентичность всех негативных проявлений этого курса, говорит о том, что непомерно затянувшийся глубокий системный кризис, поразивший обе наши страны, имеет одни и те же корни, развивался в одних и тех же политических условиях и требует совместного осмысления и одинаковых подходов к его преодолению.

У российского посла с Олегом Дубиной прекрасный контакт

Этот очевидный и, казалось бы, банальный вывод говорит о том, что вопреки ставшему модным в некоторых политических и околополитических кругах Украины после провозглашения независимости тезису о том, что Россия по отношению к Украине - это всего лишь одно из иностранных государств, в действительности обе наши страны совершенно независимо от их статуса и чьих-либо пристрастий и эмоций объективно остаются, и в обозримом будущем останутся, частью общего исторически сформировавшегося экономического и социо-культурного организма, имеющего как свои преимущества и сильные стороны, так и бесспорные исторически обусловленные пороки. Поэтому, самое первое и самое умное, что могут и должны сделать политики и капитаны экономики наших стран спустя десятилетие их независимости, разумеется если руководствоваться здравым смыслом и некоторым чувством ответственности перед своими народами, так это открыто признать этот объективный факт. И не только признать, но и попытаться разобраться в том, почему после крушения тоталиризма и командно-распределительной экономической системы обе наши страны не только не реализовали своих преимуществ в ходе становления болеее эффективной современной рыночной экономики, не только не приблизились к качеству жизни развитых стран демократического мирового сообщества, но откатились далеко назад даже по сравнению с начальным "дореформенным" периодом и обнаружили свое сходство не в совместных сильных сторонах, а лишь в общих наследственных социально-экономических болезнях.

Повидимому, общие корни переживаемых нашими странами экономических бедствий следует искать как в общей истории, так и в самом сценарии распада СССР и возникновения на его территории новых государств.

Как известно, к концу 80-х годов необходимость радикального реформирования всего социально-экономического уклада в бывшем Союзе на основе отказа от командно-распределительной экономики стала уже для всех очевидной. Речь шла об уникальной проблеме рыночного реформирования высокоиндустриальной, но полностью огосударствленной и потому мало эффективной экономики, к тому же деформированной гипертофированным развитием военно-промышленного комплекса и истощенной разорительной гонкой вооружений.

Профессиональное всестороннее обсуждение сценариев решения этой проблемы, естественно, выходит далеко за рамки данной статьи.

Однако нельзя не подчеркнуть, что громадный ресурсный потенциал экономики Советского Союза и высокая степень самодостаточности ее производственного аппарата и обширного внутреннего рынка создавали принципиальные возможности удовлетворительного решения этой проблемы путем сохранения и увеличения уровня доходов и их постепенной капитализации с целью расширения внутренних источников инвестиционных ресурсов и активизации инвестиционных процессов в интересах абсолютного большинства населения. Естественно, что формировавшийся бы при этом рынок капиталов и общая атмосфера структурных преобразований в экономике, в сочетании с осмысленным сценарием разгосударствления и приватизации, создали бы благоприятные условия и для широкомасштабного привлечения продуктивного иностранного капитала, а отнюдь не пресловутых "портфельных инвестиций".

Но, к сожалению, те ориентиры реформ, которые вырабатывались независимыми экономистами и должны были обеспечить сравнительно безболезненное решение этой не простой задачи, не были востребованы в эшелонах власти, озабоченных не столько реальным содержанием провозглашаемых ими демократических и рыночных принципов, сколько удовлетворением своих политических амбиций.

Именно политические амбиции в сочетании с элементарной безответственностью и низкой экономической культурой привели к тому, что вместо решения исторически обусловленной задачи преобразования страны, т.е. вместо радикального лечения глубокой болезни всего целостного социально-экономического организма, произошло нечто диаметрально противоположное, а именнно расчленение самого этого организма, что, естественно, объективно могократно осложнило для каждого из вновь созданных государств и без того сложную задачу рыночной трансформации своей экономики.

Сегодня остается только поражаться тому, что инициаторы распада СССР и лидеры новых независимых государств, предаваясь риторике относительно своей решимости к рыночным преобразованиям, начали с того, что разрушили уже существовавший обширный общий рынок этих государств, т. е. подорвали саму основу созидательного сценария реформирования и последующего развития в них открытой рыночной экономики. Поэтому есть все основания утверждать, что причины десятилетних экономических бедствий, переживаемых нашими странами, в самом общем виде можно определить как неспособность руководства каждой из них выработать и реализовать экономически грамотный и социально ответственный сценарий рыночных реформ, помноженную на нелепость их экономических взаимоотношений друг с другом.

Последнее замечание заслуживает самого пристального внимания, поскольку именно факт распада единого экономического пространства, неотъемлемыми частями которого всегда были Украина и Россия, и, что не менее существенно, сопровождавшие этот распад конкретные обстоятельства, в решающей степени предопределили уродливый характер всей дальнейшей социально-экономической эволюции вновь возникших государств, что особенно остро проявилось в условиях Украины, и разрушительные последствия чего мы в полной мере продолжаем ощущать до сих пор.

У входа на российско-украинский форум

Ведь когда речь идет о столетиями складывававшемся едином экономическом пространстве, в котором жили и работали десятки миллионов людей, связанных и общей историей, и многообразными социально экономическими интересами и, наконец, многомиллионными межличностными контактами, то внезапный распад этого пространства приобретает характер гигантского социально-экономического катаклизма, последствия которого затрагивают отнюдь не только сугубо экономические, но и многообразные политические, социо-культурные и морально-нравственные аспекты жизнедеятельности общества, прежде всего, связанные с характером взаимоотношений новых государств с собственными гражданами.

Рассматривая под этим углом зрения события тех лет, приходится признать, что уже самые первые шаги руководителей и России и Украины в экономической сфере, сопровождавшие становление последних как независимых государств, как нельзя более красноречиво продемонстрировали то, что в мотивах осуществленного ими роспуска Союза начисто отсутствовали такие факторы, как чувство ответственности перед собственными гражданами и стремление руководствоваться их социальными и экономическими интересами.

Обычно, упоминая о негативных последствиях осуществленного десять лет назад сценария ликвидации единого государства и обстоятельств провозглашения новых независимых государств, акцентируют внимание на его сугубо экономических проявлениях, таких как разрыв традиционных производственно-технических сязей между предприятиями, потеря источников сырья и рынков готовой продукции и т.п.

Это действительно так. Но есть еще одна, так сказать, морально-нравственная сторона дела, наглядно и непосредственно характеризующая образ мыслей и действий инициаторов распада Союза по отношению к собственным гражданам. Ведь если политические руководители решаются на ликвидацию единого государства с целью создания новых независимых государств и руководствуются при этом демократическими ориентирами и интересами своих граждан, то они должны, прежде всего, следовать принципу "не навреди" и позаботиться о том, что бы возникновение новых государств по меньшей мере не создавало для их граждан новых трудно разрешимых проблем. Это означает, что необходимо обеспечить преемственность тех жизненно важных для общества социально-экономических институтов, которые создаются десятилетиями, но неуклюжими действиями при демонтаже прежнего государства могут быть разрушены в один день.

В данном случае это означало, что первое, и самое главное, о чем должны были бы подумать и позаботиться инициаторы роспуска Союза и "отцы - основатели" новых государств, это сохранение прееемственности пенсионного фонда и обеспечение гарантий сбережений граждан в Сбербанке. Судя по тому, что произошло в действительности, у нас есть все основания полагать, что в момент принятия столь судьбоносных для их народов решений им и в голову не приходило задуматься о существовании такого рода проблем, и что при этом они думали о чем угодно, но только не о таких "пустяках" как способность миллионов граждан выжить в новых обстоятельствах и возможность для них пользоваться сбережениями, создававшимися десятилетиями на протяжении всей жизни.

Нужно сказать, что эти темы многие до сих пор склонны рассматривать как сугубо социальные, не увязывая их ни с обстоятельствами распада Союза, ни со сценарием рыночного реформирования экономики в каждом из новых независимых государств. При этом обществу в обоих наших государствах исподволь навязывалась одна и таже "мысль", что понесенные при этом населением громадные потери явились якобы следствием "инфляции вообще" как некого "стихийного бедствия", которому политические руководители дескать сочувствуют, но никакой ответственности за это нести не могут. Более того, настойчиво культивировался тезис о том, что эти потери были неизбежными и должны рассматриваться лишь как одно из проявлений хоть и болезненного, но, дескать, стратегически оправданного "лечения" экономики методом "шоковой терапии", а всякие сомнения относительно "глубокомыслия" подобной стратегии и противоположные утверждения на тему обеспечения экономических интересов миллионов граждан по-просту объявлялись "популистскими".

Несколько выходя за рамки основной темы данной статьи, стоит попутно заметить, что, вопреки распространенному заблуждению, как правило, именно экономически разумные меры оказываются одновременно и "популярными", в то время как за глубокомысленными рассуждениями о т.н. "не популярных" мерах обычно легко обнаруживается по-просту экономическая несостоятельность и социальная безответственность. Действительно, вклады населения в Сбербанке к началу реформ были единственным не государственным потенциальным источником столь необходимых кредитно-инвестиционных ресурсов, поэтому экономически грамотный сценарий реформ бесспорно должен был включать механизмы сохранения и использования этого потенциала отнюдь не только из якобы "социально-популистских" соображений, но и для связывания свободных средств с целью ограничения инфляции и в качестве первого шага формирования рынка капиталов в интересах вкладчиков.

То обстоятельство, что экономически абсурдные и социально безответственные шаги сопровождали начальный этап т.н. реформ в обоих наших государствах, как бы независимо друг от друга, несколько завуалировало для массового сознания первопричину возникших социальных и экономических бедствий, но сегодня мы должны хорошо осознать, что корни этих бедствий произрастают именно из факта одномоментного распада единого экономического пространства и отсутствия морально-нравственных, гражданственных и социальных критериев во всем сценарии демонтажа бывшего единого государства и создания на его территории новых государственных образований.

Но, разумеется, наиболее очевидными и болезненными, в первую очередь для Украины, оказались экономические последствия этого скоропалительного и неуклюжего сценария .

Прежде всего мы имеем в виду лежавший в основе этого сценария т. н. "нулевой вариант", в соответствии с которым политические руководители новоиспеченных государств получали без всякого переходного периода и без создания каких - либо совместных экономических структур немедленный единоличный контроль над экономикой на "своей" территории, но ценой одномоментного отчуждения своих народов от создававшегося десятилетиями совместного экономического потенциала и лишения их доступа к совместно освоенным природным ресурсам. Легко сообразить, что Украина при этом оказалась в числе наиболее пострадавших постсоветских государств и нам придется еще неоднократно возвращаться к последствиям этого безответственного шага.

Даже не касаясь чисто политических аспектов событий того бурного времени и связанного с ними конгломерата убеждений, надежд, иллюзий или заблуждений, приходится поражаться тому количеству глупостей, которое произносилось относительно экономики Украины и ее якобы радужных перспектив после выхода из бывшего советского экономического пространства. Еще более поразительно то, что эти глупости по существу легли в основу официальной изоляционистской позиции украинского политического руководства по отношению к России, позиции, в соотетствии с которой тесная взаимозависимость украинской и российской экономики объявлялась, не больше не меньше, как лишь "орудием колониального закабаления Украины" и проявлением некой российской "имперской политики". При этом как бы выводились "за скобки" такие факторы как незаменимый для Украины обширный российский рынок для ее промышленной и сельско-хозяйственной продукции и источник сырья и энергетических ресурсов, т.е. факторы, объективно превращавшие украинскую экономику отнюдь не в колониальную, а, скорее, напротив, в один из наиболее технологически развитых секторов экономики.