Общественное объединение "За культурно-языковое равноправие"

Украинский ВПК: витязь на распутье

На конференции, посвященной развитию сотрудничества отечественного военно-промышленного комплекса со странами Вышеградской четверки, корреспондент «Времени» выспрашивал генерального конструктора Харьковского конструкторского бюро машиностроения им. А.А. Морозова, Героя Украины Михаила Борисюка.

- Каковы перспективы украинского танкостроения, если Украина вступит в НАТО?

- Я никогда не заглядываю в дальнюю перспективу. Особенно, с точки зрения политической. Я занимаюсь техникой. И могу сказать, что наша бронетехника вполне конкурентоспособна.
- Сегодня часто можно услышать, что со вступлением Украины в НАТО будет уничтожено собственное танкостроение и в лучшем случае, на что мы можем рассчитывать, это конвейерная сборка зарубежных образцов.

- Это говорят люди, которые не понимают, что интеллект уничтожить нельзя. Если мы что-то умеем делать и создавать, то почему все это вдруг исчезнет? Оно может исчезнуть только тогда, когда нами будут управлять люди, неспособные правильно руководить. И то, что некоторые наши руководители, впереди паровоза, как говорится, стараются вступить или не вступить в НАТО, это мешает работать и развиваться нашей стране. Потому что западные страны нас еще не воспринимают в качестве партнеров для тесного сотрудничества, а Россия от нас отделяется и прерывает всякие контакты с нашими предприятиями. Понимаете? Это вредит нам! Может, придет время, что Россия раньше вступит в НАТО, чем Украина.
- А что можно восстановить из сотрудничества с Россией в области танкостроения, что еще не разрушено?
- Ну, не могу я на такие слишком глобальные темы рассуждать! Это политический вопрос, а я – генеральный конструктор. Поэтому я вам больше ничего не скажу, хотя у меня и есть свое мнение, - с этими словами генерал-лейтенант Борисюк повернулся спиной к вашему корреспонденту.

танк «Оплот» на НАТО?

Не знаю, почему генерал-лейтенанту в каждом моем вопросе виделся именно нездоровый политический подтекст, но жить в нашем обществе, создавать танки и быть свободным от политики невозможно. И Михаил Борисюк, разумеется, заглядывает в перспективу, иначе он не был бы генеральным конструктором. В КБ Морозова всегда думали о том, чтобы харьковские бронемашины были адаптированы как к стандартам на Востоке, так и на Западе. Это новейший танк «Оплот», который проходит государственные испытания, и в КБ надеются, что в ближайшее время он поступит на вооружение нашей армии. По всем основным характеристикам «Оплот» не уступает «леопардам», «абрамсам», «челленджерам» и «леклеркам» самых последних модификаций. Кроме того, в Харькове создан танк «Ятаган», на котором стоит 125-мм пушка натовского калибра. Кроме того, на базе танка «Оплот» создана ремонтно-эвакуационная машина, которая уже принята на вооружение нашей армии и начато ее серийное производство.

Раньше, во времена Советского Союза, харьковские конструкторы не занимались легкобронной техникой. Последние 10 лет в КБ Морозова активно занялись созданием бронетранспортеров. БТР-4, который прошел предварительные испытания, примечателен тем, что десантное отделение у него расположено в кормовой части, что обеспечивает лучшую защиту боевого состава от огневого воздействия противника. Да и сам БТР-4 имеет хорошие огневые мощности, рассчитан на применение комплексного вооружения. Двигатели на БТР-4 стоят либо итальянские «Вета», либо немецкие «Дойц».

Соответствующие средства связи и навигация харьковских бронемашин также полностью соответствуют натовским стандартам. Применяя французскую камеру «Катрин» в отечественных приборах, конструкторы снабдили наши танки прицелами, обеспечивающими высокую эффективность огня в ночных и других условиях затрудненной видимости. Трансмиссии используются американского производства.
В общем, производители бронетехники в Харькове прилагают массу усилий для взаимной интеграции украинского и натовского вооружения, вплоть до предложений совместного производства новой техники с использованием наиболее удачных концептуальных и технических решений украинской и иностранных конструкторских школ. Но попытки организовать конкретную совместную работу со странами НАТО оказались пока бесплодными. На Востоке - с Китаем это получилось у нас лучше. Тем хуже для НАТО?

Мишель Дюре проговорился…

- Очень часто люди делают связь между вступлением Украины в НАТО и уничтожением украинского ВПК, - Мишель Дюре, директор Центра информации и документации НАТО, говорил так, словно только что пришел с предвыборного митинга Партии регионов. - НАТО как организация не имеет собственного ВПК. И на рынке вооружений конкуренция между государствами-производителями военной техники остается. Сегодня в странах, которые являются новыми членами НАТО, существует рынок модернизации бывшего советского оружия, объемом свыше двух миллиардов долларов, который еще долго будет работать.
И все же Мишель Дюре проговорился. НАТО меняет свою стратегическую концепцию и угрозы. Это, конечно, влияет на развитие ВПК. И Альянс прохладно воспринимает усилия харьковских танкостроителей еще и потому, что ему все меньше и меньше нужны танки и бронетранспортеры, а все больше и больше суперсовременные технологии. Особенно, пригодные для противодействия терроризму.
По научным программам НАТО, в Харькове выполняются две работы. Это диагностическое оборудование для обнаружения взрывчатки в грузах (НТК «Институт монокристаллов») и циклотрон «НЕСТОР» (ННЦ «Харьковский физико-технический институт»). Мишель Дюре посетовал, что украинские ученые со своими новейшими технологиями не подают заявки на гранты НАТО.
- Если вы этого не сделаете, этой возможностью воспользуются другие страны, - предупредил он.
Мыслями возвращаясь к разговору с генералом Борисюком, позволю себе заметить, что глупость - неуничтожима, а вот интеллект можно просто выкачать.

Между Россией и Западом

Первый заместитель начальника Главного управления промышленности, транспорта и связи облгосадминистрации Игорь Колот полагает, что государство следует упрекнуть в том, что отрасль не реформировалась нужными темпами. Программы реформирования ВПК разрабатывались, но не выполнялись в полной мере. В результате объемы производства предприятий оборонки составляют всего около 10% машиностроительной продукции региона.
Украина за 17 лет приняла на вооружение около 50 образцов военной техники. Но среди них нет ни одного, который бы стратегически влиял на усиление обороноспособности страны. Поэтому экспертный Центр исследований армии, конверсии и разоружения пришел к выводу, что армии в качестве института сдерживания военной угрозы в Украине нет. Иными словами, если раньше мы могли создать ракету и начать ее выпускать в течение 2-3 лет, то сегодня для этого нужно 8-12 лет. Эти сроки не устраивают военное ведомство, и оно вынуждено закупать ракеты и другие вооружения за рубежом. Первый шаг уже сделан – это закупка израильского беспилотного аппарата.

- Проблема состоит в том, что украинский ВПК не имеет координатора, а в таких условиях сложно рассчитывать на реализацию программы развития Вооруженных сил, - говорит директор Центра Валентин Бадрак. - Были случаи прихода инвестиций в Украину с тем, чтобы поддержать развитие разработок высокоточных средств поражения, но из-за того, что не был решен вопрос интеллектуальной собственности проект был свернут.

- По вашим прогнозам, объемы ВПК будут расти или падать?
- Все зависит от того, как будет себя вести украинская власть. Сейчас мы наблюдаем стабильную деградацию оборонного комплекса на фоне работающего мощного ядра экспортных поставок. К счастью, получилось так, что ряд предприятий оказались взаимоувязанными. Например, КБ им. Морозова связано с Киевским КБ «Луч», которое создает высокоточные средства поражения. Таким образом, и это киевское КБ выросло, создав целую линейку новой продукции, и усилилось КБ Морозова за счет того, что у бронетехники появились совершенно новые функции и возможности.

- Каковы перспективы углублению военно-технического сотрудничества с Россией?
- Россия, закрыв возможности сотрудничества по тем проектам, в которых нуждается Украина, тем не менее, работает достаточно интересно. Например, Украина «внезапно» оказалась обладательницей бортового радара для самолетов, я уже не говорю, что отличные авиадвигатели являются украинскими, я уж не говорю про харьковский завод ФЭД, у которого Россия традиционно покупает продукцию. Вот они ничего не потеряли, они приобрели за счет того, что мир перевооружается и Россия заказывает им все больше комплектующих. И западные компании не могут не задавать себе вопрос: а что, если российская сторона проснется и предложит, например, создание совместного самолета? Тогда, чей это будет самолет – российский, в котором примут участие 45 украинских предприятий, или, условно говоря, шведский, к которому удастся привлечь, от силы 2-3 предприятия из Украины в качестве каких-то подрядчиков? Поэтому этот вопрос является стратегическим.
Елена Зеленина

P.S.-Во времена СССР в оборонной промышленности в Харькове было занято около 100 тыс.чел., что составляло 30% всех занятых в промышленности. Сегодня работающих на этих предприятиях осталось 5,3%.