Общественное объединение "За культурно-языковое равноправие"

Куда поворачивается дышло закона

Происходящие на Украине в последние годы события многие авторы справедливо обозначают термином "национальная катастрофа", сосредотачиваясь обычно на чисто экономических вещах. Однако для повседневной жизни граждан не менее важны и ее гуманитарные аспекты, такие как нереалистичность широко декларируемой государством приверженности правам человека, снизившиеся возможности для реализации языковых прав, этнократические тенденции в государственном строительстве.

Все это определяет не только текущий психологический климат, но и создает в обществе некий общий "настрой", ведущий его во вполне определенном направлении, и тем самым многое определяющий и в, казалось бы, чисто экономической сфере.

Существуют общечеловеческие универсалии, являющиеся "своими" для всех цивилизованнных людей, даже сильно разделенных во времени и в пространстве, несмотря на частные национальные формы их выражения. Они присутствуют у китайца Тао Юань Мина и у еврея Башевиса Зингера, у японца Санъютея Энте и у русского Бориса Пастернака, у француза Поля Элюара и у украинца Олександра Олеся. Именно они (а не "национальные особенности охоты") освящают любое национальное и сообщают ему общекультурный интерес. Именно за них можно (и нужно) отдать жизнь, если она потребуется. Что и сделала лотарингская немочка Жанна д"Арк, смертью своей возвеличив... Францию! Отдавать же свою жизнь за самовары или шаровары глупо, хотя за них, бывает, отнимают чужую.

На первый взгляд может показаться, что "национализм" и "нация" - понятия, родственные друг другу. Однако, это не так или, по меньшей мере, не совсем так. Национализм - не отец нации, а побочный продукт ее формирования, уродливый наследник родоплеменных отношений. Ибо нации формируются не национализмом, опирающимся на этнические ценности и приоритеты, а идеями и идеалами (порой довольно абстрактными), не имеющими отношения к биологии. Идеал джентльмена делает из человека англичанина. Идеал самурая формировал японца. Есть великая американская нация, но нет американского этноса, как нет и лучшего опровержения националистическому тезису об этнических предпосылках нации. Формирование наций - это многоступенчатый процесс интеграции этносов вокруг общих идей и идеалов, это свободное их слияние, а не изоляция; если же вступившие на этот путь люди делают шаг назад, дегенеративные явления не заставляют себя ждать.

Существуют трагедии, созданные немецким фашизмом, но существует и поучительная трагедия самого немецкого народа, в считанные годы утратившего лучшую и значительнейшую часть своих культурных достижений и практически полностью - культурное влияние в мире из-за того, что он оказался во власти охвостья, навязавшего ему этнические приоритеты.

С точки зрения межнациональных отношений СССР не был идеальным государством. Это видно хотя бы из того, что он создал проблему наказанных народов, снять которую, по-видимому, теперь сможет только время. Механистические подходы, практиковавшиеся КПСС в тонкой сфере межнациональных отношений, часто создавали поводы для обид и натянутости, существовал антисемитизм.

Все это существовало, но был и оптимизм, который мой многолетний коллега и друг Феликс Иегудович Ицкович объяснял так: "Вы понимаете," - говорил он, - "крайне важно, что в советском законодательстве нет ничего, что могло бы хоть в малой мере оправдывать ущемление одних людей другими по их этнической принадлежности, поэтому, сколько бы мы ни говорили о его лицемерном характере, все-таки оно самим своим существованием, пусть даже пассивным, работает в нужную сторону, и по законам больших чисел с течением времени, со сменой поколений все меньше и меньше будет оставаться этой скучной мерзости, называемой антисемитизмом. Вы же не можете отрицать, что антисемитизм у нас носит не погромный, а ущербный, подпольный характер, он вынужден прятаться и маскироваться подо что-то другое, хотя он, безусловно, существует. Совсем не так было в гитлеровской Германии. Там люди разных национальностей ПО ЗАКОНУ не были равны..."

Он прав. Закон уже самим фактом своего существования призывает находящихся под его юрисдикцией людей к одним формам поведения и осуждает другие, - в этом его воспитательная роль и направляющая сила, этим он определяет изменения, происходящие в человеческом сознании, - индивидуальном и общественном. Поэтому закон в обществе людей, более-менее следующих ему, является эффективным средством управления социальными процессами.

Конечно, живя в СССР, мы были знакомы с термином "национальные меньшинства", однако употреблялся он не в правовом поле, а вне его. Национализм находился вне закона.

Движение в сторону национализма началось еще в СССР с дружного принятия Верховными Советами союзных республик законов о языках, ущемивших права (не языка - о правах языков говорить глупо, ибо они не обладают правосубъектностью) русскоязычных граждан.

Первый законодательный шаг к национальной розни, первый законодательный клин между людьми был сделан и забит на языковой почве. И мы все были свидетелями того, как буквально мгновенно он нарушил равновесие в обществе, раздробил морально-политическое единство и без того довольно слабых сил, стремившихся к разумному реформированию советской социально-экономической и политической системы в интересах всех граждан, а не какого-то узкого их слоя.

Часто можно услышать, что языковая проблема на Украине является надуманной. Это и так и не так. Если говорить об отношениях между гражданами, то это так: они как разговаривали друг с другом на двух языках сразу, так и разговаривают. Один говорит по-русски, а второй по-украински. Их это не смущало раньше, не смущает и теперь. И в этом кажущемся "ничего не изменилось" - одна из главных причин, по которым основная часть населения спокойно воспринимает языковые и прочие новации в законодательстве: с одной стороны, люди в массе своей плохо понимают накопительную природу малых изменений, а с другой, - они, как и в старые времена, полагают, что нечего портить себе кровь из-за вещей, которые от них не зависят. Дело здесь не в отношениях между людьми, а в отношениях между гражданами и государством: лишая граждан возможности делать самостоятельный выбор, государство навязывает им свой. И вот уже языковая структура школ в русскоязычном Харькове не соответствует языковым предпочтениям граждан, ибо государство не спрашивает у родителей, на каком языке они хотят учить своих детей.

Будучи студентом, я случайно подслушал разговор двух профессоров, один из которых только что купил машину на редкость гадкого цвета: - Мика, у Вас все же странный вкус: как вы могли выбрать машину такого цвета? - Знаете, мне ее выкатили и сказали: выбирай. Я и выбрал...

С тех пор, если что-нибудь в этом отношении и изменилось, то только к худшему, вследствие странной, но тем не менее четко прослеживаемой закономерности, подмеченной еще Петром Чаадаевым: заблудившийся на дорогах истории народ, выбравшись из одного вонючего болота, тут же вляпывается в другое, - еще худшее.

А дальше - больше. Недавно в троллейбусе я слушал, как рядом со мной трое мальчиков лет по 11-12 обсуждали, кто у них в классе полноценный украинец, кто - половинка, а кто - и вовсе полный чужак. И для них это - нормальная тема разговора, ибо тех времен, когда она была по всем меркам абсолютно ненормальной, они просто не помнят: их отношение к национальности сформировалось в новые времена, новым государством, его нормативными актами, их терминологией и т.д. и т.п. Какую же эволюцию проделают эти мальчики за следующие 8-10 лет?

Если теперь говорить конкретно об Украине, то следующий шаг в том же направлении ВР Украины сделала 1 декабря 1991 г., приняв Декларацию прав национальностей Украины. Текст этой Декларации ввел в правовое поле украинского законодательства термин "национальные меньшинства", воспринятый представителями этих меньшинств как оскорбление, а часть 3 ст.1, запрещающую дискриминацию по национальному признаку, - как издевательскую казуистику, неявно предполагающую, что существуют какие-то "естественные" основания для такой дискриминации, преодоление которых требует особенной доброй воли и особых нормативных актов. В таком случае у людей определенного склада возникает желание эти основания поискать.

Если и в самом деле не иметь желания унизить четверть населения, то принятие последней нормы было бы совершенно излишним: на территории Украины на тот момент формально действовала (с 7 апреля 1969г.!) Международная Конвенция о ликвидации всех форм расовой дискриминации, принятая на ХХ сессии Генеральной Ассамблеи ООН, подписанная и ратифицированная Украиной, как субъектом ООН.

Часть 1 ее ст.1 гласит следующее: "В этой Конвенции выражение "расовая дискриминация" обозначает какое бы то ни было отличие, исключение, ограничение или преимущество, основанные на признаках расы, цвета кожи, родового, национального или этнического происхождения, целью и следствием которых является уничтожение или ущемление признания, использования или осуществления на равных основаниях прав человека и основных свобод в политической, экономической, культурной или в каких бы то ни было других сферах общественной жизни".

Формально действие этой Конвенции на территории Украины было подтверждено подписанным 10 декабря 1991 года Президентом Л. Кравчуком Законом Украины "О действии международных договоров на территории Украины", согласно которому "подписанные и надлежащим образом ратифицированные Украиной международные договоры составляют неотъемлемую часть национального законодательства Украины и применяются в порядке, предусмотренном для норм национального законодательства." Эти слова звучат настолько торжественно, что за ними трудно заподозрить возведенное в ранг государственной политики лицемерие: согласно посвященному 50-летию Всеобщей Декларации Прав Человека пресс-релизу, в свое время распространенному Харьковской правозащитной группой, международные соглашения по правам человека, подписанные и ратифицированные Украиной как субъектом ООН, никогда не публиковались в официальных украинских источниках правовых текстов и по этой причине их нормы никогда не могли быть применены в украинских судах. Тем не менее самый факт их подписания и ратификации был важным шагом в этом направлении.

По поводу термина "нацменьшинство" сами националисты не прочь навести тень на плетень. Вот цитата из книги "Поражения и надежды Украины", изданной в харьковском издательстве "Прапор" харьковским профессором Иваном Белебехой в 1996 году (в переводе с украинского): "Нам говорят: нельзя провозглашать лозунг "Украина для украинцев", ибо дискредитируются другие национальности Украины. Тем, кто протестует против этого лозунга, четко и однозначно объяснили, что под понятием "украинцы" понимают представителей всех национальностей, живущих на территории Украины, ее граждан. Например, В. Мартиросян, тоже выступающий против этого лозунга, является украинцем армянского происхождения. И тут нет проблем."

Не было бы, если бы сказанное было правдой...

Дальнейший шаг к этнократии и дискриминации людей по этническому признаку сделан в новой Конституции Украины, ибо ее ст.11 недвусмысленно делит граждан Украины на три категории - титульную нацию, коренные народы и национальные меньшинства, что уже само по себе попадает под приведенное выше определение расовой дискриминации. Дальнейшая детализация отличий между ними предполагается в дальнейших нормативных актах, принимаемых в развитие конституционных норм. Примеры таких отличий содержатся в проекте Государственной концепции этнополитики, внесенном на рассмотрение Верховной Рады Украины Кабинетом Министров еще в апреле 1997 года. В соответствии с Конституцией, он предусматривает деление населения Украины на три категории: государствообразующую нацию - украинцев, - коренные народы (крымские татары) и нацменьшинства, в число которых попадают и русские, составляющие 22 процента от численности населения Украины. Эта Концепция, будучи принятой Верховной Радой, окончательно закрепит различия в правовом статусе граждан различных национальностей - шаг, за которым по логике следует законодательное закрепление фактически уже имеющей место дискриминационной практики по отношению к русской культуре и русскому языку: Кабинет Министров уже внес на рассмотрение ВР еще один документ в этой области - проект Концепции образования национальных меньшинств в Украине. Согласно этому документу, "к национальным меньшинствам относятся группы граждан Украины, которые не являются украинцами по национальности, проявляют чувства национального самоосознания и общности между собой". Для таких меньшинств Концепция предполагает особый режим получения образования, предполагающий "овладение государственным языком в полном объеме на уровне требований государственного стандарта, использование учебников, допущенных Министерством образования Украины в переводе с украинского языка на языки национальных меньшинств", при этом, "начиная с 4 класса вводится двуязычное обучение или постепенный переход на преподавание всех предметов на украинском языке. (т.е., и "двуязычного" на самом деле не будет! Прим. автора.) Родной язык и литература изучаются как отдельные предметы во всех общеобразовательных учебных заведениях независимо от формы собственности". О высшем же образовании на языках "нацменов" речь вообще не идет.

И это не все: образовательные блага "нацмены" могут получать не безоговорочно, а лишь при условии "цивилизованного понимания другими государствами культурных и образовательных запросов украинцев, проживающих за пределами Украины и паритетного отношения к ним". Это означает, что украинское государство намерено сделать всех неукраинцев, являющихся гражданами Украины, заложниками "паритетного отношения" к украинцам, проживающим вне Украины.

В еще худшем положении оказываются русскоговорящие украинцы и граждане других национальностей, которых в совокупности даже больше, чем этнических русских - за ними вообще не признается право, вопреки житейским реалиям, здравому смыслу и всей предыдущей практике - считать родным язык, отличный от национального (а еще точнее - от национального языка матери).

Авторы подобных "концепций" очень любят ссылаться на зарубежные аналоги и даже на акты международного законодательства, иногда выстраивающие якобы похожую логику. Однако эти ссылки, мягко говоря, не очень добросовестны: дело в том, что западная (и идущая от нее международная) традиции понимают термин "меньшинство" совсем не так, как он понимается у нас. На это обращает внимание в одной из своих статей директор Института этнологии и антропологии им. Н.Н. Миклухо-Маклая РАН член-корреспондент РАН Валерий Тишков: "страны Запада считают меньшинствами прежде всего иммигрантские группы населения (шведы в Финляндии (6 процентов населения. Прим. авт.) и шотландцы в Великобритании - это не меньшинства!)"

Согласно западной традиции, граждане не могут быть "меньшинством", и все вопросы относительно западного законодательства о меньшинствах снимаются, а маргинальные иммигрантские группы действительно находятся в особом положении и, возможно, нуждаются в особом законодательстве, которое, с одной стороны, защищает их права, а с другой, защищает и общество от их некомпетентных действий, могущих представлять для него опасность. Но их статус меняется с приобретением гражданства. Кстати, и упомянутая Международная конвенция исключает из определения расовой дискриминации различия, делаемые национальными законодательствами между гражданами и не гражданами, так что с точки зрения ее дефиниций Украина выглядит даже менее привлекательно, чем Латвия.

Возвращаясь на минуту к термину "государствообразующая нация", уместно снова процитировать Тишкова: "этнические общности - это очень подвижные коалиции людей и они не являются ни субъектом самоопределения, ни основой государственности". Это - прерогативы населения территорий.

Много надежд возлагалось на ратификацию "Европейской хартии региональных языков или языков меньшинств" (от 5 ноября 1992 года).Но вот это событие произошло. За ее ратификацию проголосовала даже оуновка С. Стецько (говорят, что в момент голосования ее не было в зале, а карточка торчала, кто-то нажал кнопку). Однако от ратификации документа до обретения им реальной правовой силы дистанция оказалась огромной. Не случайно ратификация происходила на фоне решения Конституционного суда, вынесенного 14 декабря и подтвердившего законодательные основания для постыдной административной практики дерусификации. И последовавшие вскоре назначения в Кабинете Министров на командные высоты в культурно-информационном поле известных своей русофобией господ Драча и Жулинского, вне всякого сомнения, есть реакция находящейся под сильным влиянием национализма исполнительной власти на акт ратификации. Можно догадываться, что перед ними стоит задача - ни в коем случае не допустить реализации положений Хартии по отношению к русскому языку. Ратификационная грамота не передана в Совет Европы до сих пор, группа народных депутатов-националистов обратилась в Конституционный суд, оспаривая конституционность этого акта, а в секретариате Верховного Совета лежит законопроект об отмене Закона о ратификации Хартии.

Таким образом, Украина находится на пороге законодательного закрепления дискриминационных практик, фактически уже имеющих место по отношению к более чем половине населения страны. Что касается возможности апеллировать к уже упоминавшейся Международной Конвенции, то прежде всего следовало бы получить ответ на вопрос, а действует ли она в Украине после принятия новой Конституции? Потому что ее ст.9 требует обязательного соответствия международных договоров нормам Конституции, а договоры, противоречащие Конституции, позволяет заключать только после ее изменения. Цитированная Конвенция противоречит Конституции, и в соответствии с ее ст.ст. 8,9 не может быть признана частью национального законодательства. С другой стороны, та же Конституция определяет, что закон не имеет обратной силы.