Общественное объединение "За культурно-языковое равноправие"

Казнь политреформы

«Конституция 1996 года вступила в силу вечером 30 сентября 2010 года — с момента голосования судей Конституционного суда за соответствующее решение», — так сказал Лавринович.

Никто не почувствовал землетрясения, несмотря на то, что в стране рухнула система сдержек и противовесов. Что вполне объяснимо: по данным Института политического анализа и прогноза, в сентябре только 7,1 процента населения Украины волновала тема конституционных изменений и 63 процента — проблема вывоза мусора.

И тем не менее, возвращение Конституции 1996 года коснется каждого жителя Украины. Каким будет это прикосновение — согревающим или обжигающим? Власть и оппозиция ответят на этот вопрос по-разному. Мы же попробуем взглянуть на ситуацию со стороны.
Почему Конституционный суд принял именно такое решение?

Подавляющее большинство отечественных и зарубежных юристов-конституционалистов были едины в одном: Конституционный суд может признать неконституционным Закон №2222, которым в 2004 г. вносились изменения в Конституцию 1996 г., но он не может подменить собой Верховную Раду и без соответствующей процедуры, предполагающей в том числе 300-голосовое большинство, вернуть Конституцию Кучмы. Но КС на это пошел. Ключевая фраза была скрыта в мотивировочной части исторического решения. «Признание неконституционным закона №2222 (…) означает возобновление действия предыдущей редакции норм Конституции (выделено автором. — Прим. ред.) Украины, которые были изменены, дополнены или исключены законом №2222». Именно эта формулировка придает окончательный смысл требованиям, изложенным в резолютивной части:

— признать закон №2222 неконституционным с момента вынесения решения;

— привести нормативно-правовые акты в строгое соответствие с той редакцией Конституции, которая существовала до 8 декабря 2004 года.

Мотивировочная часть — такая же плоть решения КС, как и часть резолютивная. Сами решения являются частью законодательства, подлежат немедленному, неукоснительному выполнению и не подлежат обжалованию. Опираясь на данный приговор Конституционного суда, власть, как и желала, добилась немедленной казни политреформы.

Решение КС, по традиции, оставило простор для толкования. Но толковать его, опять-таки по традиции, будет власть. Со всеми вытекающими последствиями.

Информация, которой располагает «ЗН», вынуждает нас подозревать, что проект решения Конституционного суда был выписан за его пределами, группой, в которую входили доверенные юристы президента. Отсутствие юридической чистоты решения признавалось почти всеми посвященными. Однако политическая целесообразность требовала принесения жертвы. В чем заключалась эта самая целесообразность? Если бы КС предписал движение по каноническому пути — через сессионный зал, то это бы означало: а) непредсказуемую затяжку по времени; б) дополнительное тяжелое ранение для бюджета, ибо за «так» 300 голосов в зале украинского парламента уже давно собрать нельзя; в) политические торги, политиканство и популизм союзников по коалиции, которые пытались бы пиариться на конституционном процессе, что грозило, кроме всего прочего, нарушением целостности вполне устраивающей Банковую версии документа 96-го года. Время — деньги. И то, и другое на Банковой решили экономить. 18 судей Конституционного суда, среди которых лишь у одного — Шишкина — нашлось мужество для особого мнения, вошли в положение президента и приняли нужное решение в нужном виде.

Аргументы, необходимые Банковой для убеждения конституционных судей, оказались не единственным препятствием на пути к цели. Мнение Запада — вот момент, к которому в окружении президента с неким пренебрежением отнеслась юридическая группа, но с подчеркнутым вниманием — политическая. Янукович не хочет ругаться ни с Брюсселем, ни, тем более, с Вашингтоном. Он не стремится оказаться в положении Леонида Кучмы образца 2000 года, когда убийство Георгия Гонгадзе и кассетный скандал отрезали его от цивилизованного мира, оставив один на один с Москвой. Именно поэтому, по данным «ЗН», структуры, отвечающие за внешние сношения, до глубокой ночи четверга и утра пятницы массированно обрабатывали своих визави в ключевых странах ЕС и в США. В ходе встреч, телефонных разговоров, до Саркози, Меркель, Баррозу и Хиллари Клинтон доносился основной тезис: «У президента есть программа реформ, у президента есть воля ее реализовывать. У президента нет полномочий. Получить их оперативно и, не теряя времени, приступить к реализации рефором, столь необходимых Украине, в том числе и для возврата взятых у МВФ кредитов, возможно только путем введения Конституции 1996 г. решением Конституционного суда. А кроме того, состав нынешней коалиции — присутствие в ней коммунистов — является непреодолимым тормозом для проведения реформ и т. д.».

На Банковой понимали, что возмущение Запада усилит позиции не только Москвы в отношениях с Киевом, но и оппозиции внутри самой Украины. Именно поэтому, по версии одного из источников «ЗН», без доклада министра иностранных дел о понимании соответствующего шага политическими лидерами Запада, решение Конституционного суда в его нынешнем виде было бы невозможно. О том, победил ли Константин Грищенко Григория Немырю, мы сможем судить, наблюдая за тем, какой будет реакция цивилизованного мира — протокольно-ритуальной или содержательно-принципиальной. А вот Виктор Янукович сегодня одержал абсолютную победу. Над Виктором Януковичем.
Что означает принятое Конституционным судом решение?

Разумеется, оно означает, что Виктор Федорович получил не только абсолютную сатисфакцию, но наконец-то понятную и желанную модель власти.

Однако «Я отвечаю за все» — это не только название книги Юрия Германа. Теперь это политическое кредо действующего президента — хочет он этого или нет. Возрожденная Конституция обрезала полномочия парламента, урезав систему сдерживания. И наделила президента дополнительными полномочиями, среди которых, пожалуй, традиционно основными являются кадровые. Виктор Янукович получил всю полноту власти, весь набор инструментов и механизмов для проведения собственной кадровой политики в исполнительной власти. Теперь он — царь, ибо вершит судьбы тех, кто вершит наши. Предполагаемые Конституцией формальности в виде представления премьером для утверждения президентом кандидатур на посты министров и губернаторов, как и во времена Леонида Даниловича, будут легко преодолеваться. Поскольку мы помним, что согласно Конституции 1996 г. премьер-министра, с подачи президента, утверждает парламент, но с этого момента политическая смерть главы Кабмина находится не в сундуке и яйце, она — в президентском «паркере». Ибо снять премьера президент может одним росчерком пера. Будучи абсолютно зависимым от главы государства, только премьер-камикадзе позволит себе принципиально перечить президенту. Именно этот пункт Конституции, с практической точки зрения, является точкой опоры всей конструкции, называемой у нас президентско-парламентской республикой.
Зачем это президенту?

На всех резонах мы сегодня останавливаться не будем, назовем, с нашей точки зрения, основные.

Во-первых, президенту, его команде и бюджету слишком дорого обходится такой институт, как коалиция. Постоянные претензии, хотелки и ультиматумы утомили главу государства. Расплачиваться за стойкость коалиционного образования приходится уступками в принципиальных вещах и целыми отраслями. Отчего страдает и державная казна и недержавный карман. При этом сложно утверждать, что партнеры по коалиции делегируют в органы власти высокопрофессиональные кадры. Со вступлением в силу Конституции 1996 года необходимость в коалиции отпадает. Однако не отпадает необходимость в контролируемом и лояльном парламентском большинстве. Необходимо оно, как минимум для трех вещей: для утверждения внесенных президентом кандидатур премьер-министра, главы Нацбанка и генпрокурора; для недопущения голосования за отставку оных и утверждения законопроектов, вносимых президентом и правительством. А без законов — какие же реформы? Расплачиваться за голоса все равно придется. Но только теперь уже не потоками, а ручейками. Ибо большинство уже в ближайшее время выйдет на уровень ситуативного. Эксперты видят в этом до 50% экономии...

На сегодняшний день у Януковича есть «тушечные» ресурсы, позволяющие калейдоскопически менять конфигурацию парламентского большинства. Не голосуют коммунисты? Проголосует часть «Нашей Украины». Взбунтовались десять литвиновцев? Их заменит группа Балоги или придут на помощь «тушки» из БЮТ и т. д. Кстати, «тушек» теперь не будет, ибо старая Конституция не содержит в себе императивного мандата. Возвращается время 12-разовых переходов из фракции во фракцию. Таким образом, ввиду межгрупповой и межвидовой конкуренции процесс поиска большинства становится существенно дешевле, высвобождая кадровые и финансовые потенции для команды самого президента. Ну, может и стране чего перепадет... из сэкономленного.

Во-вторых, Виктору Януковичу необходимо провести апгрейд исполнительной власти. Кадровыми назначениями он сказал «спасибо» почти всем, кто помогал ему прийти к власти. Теперь пришло время менять их на тех, кто поможет в ней закрепиться. На Банковой имеют достаточно четкое представление о том, кого надо менять в правительстве, центральных органах исполнительной власти и губернаторском корпусе. Знают когда: точечно — до, масштабно — после проведения местных выборов. Проблема — на кого менять? Скамейка запасных чрезвычайно коротка. А качество запасных, в подавляющем большинстве, не выше уже привлеченных к управлению страной. Как ни странно, Янукович это понимает. Где найти нужное, даже для ключевых постов, количество молодых реформаторов, лояльных, профессиональных, знающих меру и способных обеспечить нужные фонды нужными поступлениями? Вполне вероятно, что в ходе смены кадрового караула президенту придется совершить донорскую пересадку из своей администрации в свой Кабинет министров. Этот процесс может коснуться и ряда силовых структур.

Многие поспешили предречь скорый уход в отставку Николая Азарова. С нашей точки зрения — поторопились. Решение по Азарову еще не принято. Но оно, несомненно, вызреет. Просто Николай Янович еще не впитал в себя достаточное количество негатива для того, чтобы посчитать его отставку эффективным сбросом балласта. Кроме того, круг претендентов на замену еще окончательно не вырисовался. Нужно совершенно не знать Януковича, чтобы предполагать, что при наличии Сергея Левочкина во главе администрации и Валерия Хорошковского во главе СБУ, он способен наделить еще и Юрия Бойко премьерскими полномочиями. По причине веса Рината Ахметова, столь же малы шансы занять премьерский пост у Бориса Колесникова. Янукович — мастер внутрикомандных балансов. Именно умение создавать систему сдержек и противовесов и не впадать в критическую зависимость от одной из внутрикомандных групп позволили Януковичу остаться лидером. Интуиция, иезуитство и вербовочный талант, базирующиеся на богатом жизненном опыте выживания в разных условиях, — это то, чем нынешний президент компенсирует глубину знаний и системность видения. Янукович будет искать премьера максимально похожего на Николая Азарова — способного находиться вне групп и служить непосредственно тому, кто одарил его должностью. Пока выбор невелик. Нужен будет жесткий менеджер — поставят Андрея Клюева. Потребуется символ реформ — поставят Сергея Тигипко. А если нужны будут реформы, то... «монета зависнет в воздухе».
От чего зависит судьба реформ?

Разрабатывать и внедрять ряд необходимых и не всегда популярных изменений — это не прихоть президента. Это понимание того, что отступать с реформами некуда: позади пустые закрома, вокруг кризис, а впереди — возможное усечение задуманного президентского долголетия. Если реформы не случатся и к 2015 году не дадут ощутимого обществом результата, шансов переизбраться нет. Янукович вынужден действовать. Вследствие понимания этого Ирина Акимова со спонсируемыми Р.Ахметовым структурами выписывают алгоритмы, графики и законопроекты; чиновничество как может сопротивляется; Колесников с Бродским работают по принципу Видока, выявляя и вырезая из тела экономики схемы оптимизации. Для того чтобы понять, достаточно ли этого, наверное, нужно ответить на вопрос: «Что такое реформы в Украине?». Попробуем вульгаризировать определение. Реформы — это прозрачные правила, которые вытесняют схемы. Схемы — вот ключевое слово, вирус, поразивший всю страну. Схемы воровства, неустанно изобретаемые властью, вызвали к жизни ответное движение в обществе. В законном поле находится ничтожный процент трудоспособного населения. Подавляющее большинство — за его пределами. И это стало нормой, войдя в привычку, превратив саму норму в патологию. Настоящая же реформа — это и есть вытеснение законной нормой незаконной схемы и четкое соблюдение установленного правила на практике. Когда полномочия власти понятны, права физ- и юрлиц ясны, перечень обязанностей не сопровождается припиской «и т.д.», когда налоги способны конкурировать с поборами, когда перед законом все равны, когда разорван круг «мы не платим налоги, потому что власть все равно их разворует» — «мы не особенно тратимся на пипл, потому что он свое все равно украдет». Такая себе совково-рыночная интерпретация абалкинского «они делают вид, что платят, мы делаем вид, что работаем».

Для того, чтобы разорвать этот круг, Януковичу помимо плана реформ, качество которого мы сейчас не обсуждаем, необходимы три вещи. Первое: поддержка законопроектов в парламенте. У каждой схемы, будь то контрабанда, газ, нефть, уголь, электроэнергетика, НДС, госзакупки, фармацевтика, розничная торговля, земельные спекуляции, вывоз сырья, есть свои покровители. Большинство из них представлены в парламенте; остальные имеют в зале лоббистов. Янукович обречен вступать в торги с собственниками одних схем во имя уничтожения других. Некоторые в любом случае окажутся неприкасаемыми. А водоем ведь частично очистить от цветения нельзя. Даже кусочек оставишь — все ряской затянет опять.

Отсюда — второй момент. Любые планы обречены на громкий провал в том случае, если президент не начнет «каленым железом, выжигающим коррупцию» тыкать в своих — в Одесском порту, на «Седьмом километре», в крымских землях, в «Укрспирте», в Аграрном фонде, в Госзакупках, в облэнерго, в облгазах, в НАК «Нафтогаз», на Черноморском шельфе, в сфере военного имущества, в воровстве земель у университетов, Академии наук и так далее и тому подобное.

И, наконец, третий необходимый момент — доверие. Оно возникает вследствие дел, а не сотрясающих воздух заявлений. Ведь за смертельное падение паренька с лавки в РОВД никто так и не грохнулся на нары. И Могилева должности никто не лишил за коррупционный «кадиллак». И выборы в Киеве отменили, заменив мэра суррогатом, вместо того, чтобы одной сетью накрыть всю молодую банду во главе с ее украшением и на волне благодарности столичных жителей честно пойти на выборы. Вместо того, чтобы удалить опухоль, власть просто обрезала «жирок». Возможностей продемонстрировать другое качество власти у Януковича за восемь месяцев было предостаточно. И те же СМИ, включая «Зеркало недели», на документальной основе вскрывали нарушения закона в Минздраве, судах, НАКе, Минобороны, Аграрном фонде и т. д. Нам что, в комиксах выходить?..

Без доверия, комплексного и непредвзятого подхода, тон которому задать может только один человек — президент, любое передовое нормотворчество обречено пополнить залежи официально оформленных благих намерений, так и не заработавших во многих жизненно важных сферах страны за 20 лет. Без политической воли, способной поменять молекулярный состав самого президента, никакие полномочия не могут обеспечить Януковичу декларируемую им цель — проведение реформ. Впрочем, если бы эта воля была, то страна бы это уже почувствовала. Да и Конституцию менять бы не пришлось. Зачем? Ведь тот, кто хочет что-то делать, ищет пути, а кто не хочет — причины. Что ж, нынче последние причины, по версии президента, мешающие ему реализовать свою программу реформ, сметены. Сегодня о последствиях подобного шага обществу рассказывает оппозиция. Ее услышат тысячи. Но пройдет немного времени, и результаты почувствуют миллионы. Хотя мусор вывезут.

Юлия Мостовая
Источник: Зеркало недели