Общественное объединение "За культурно-языковое равноправие"

Голодомор: геноцид или социоцид?

В пятницу, 17 ноября, депутаты Верховной Рады начали было в очередной раз муссировать тему голодомора 1933 года, вызванную проектом закона, предложенным Президентом.

Видимо, кроме прав вояк УПА и голодомора, сегодня в стране для господина Президента и его свиты нет уже абсолютно никаких проблем. Не совсем ясно, кому и для чего именно сейчас нужен такой закон – о геноциде против украинского народа.

Почему, например, не рассмотреть более актуальный вопрос - о нынешнем геноцид против граждан современной Украины, проявляющимся в том, что в результате повышения цен на энергоресурсы резко возросли цены на все продукты питания и промышленные товары. Плата за квартиру и коммунальные услуги возросла сразу в несколько раз. А вот плата за наш труд осталась без изменений. А ведь, кстати, труд тоже является товаром и, продавая его, граждане кое-как ещё могут существовать. Только долго ли – вот в чём вопрос.

Положение, когда расходы граждан на квартиру и коммунальные услуги составляют сумму больше зарплаты, - разве такое положение не является геноцидом? Разве не является геноцидом то положение, когда миллионы граждан, не имея в своей стране работы и средств к существованию, вынуждены уезжать работать за границу: мужчины –выполнять черновую и низкооплачиваемую работу, а женщины – ублажать в европейских борделях сексуально озабоченных граждан ЕС? Разве чем-то другим, а не геноцидом против украинского народа можно объяснить те многочисленные случаи, когда в школьных сочинениях девочки, уже совершенно не стесняясь, пишут, что мечтают стать не учителями или врачами, а валютными проститутками? Разве это не уничтожение генофонда нации? Но, оказывается, это не повод для тревоги.

Почему бы Президенту, как гаранту конституции, или депутатам Верховной Рады, как главным законодателям страны, не рассмотреть вопрос растущей безработицы, чтобы выяснить причины производственной невостребованности граждан трудоспособного возраста? Ведь именно безработица становится самой главной угрозой для безопасности страны и, вообще, для её дальнейшего существования. Именно она ведёт к резкому росту преступности и уничтожению страны изнутри. Но это почему-то никого не интересует. Ведь социальные проблемы, растущие, как снежный ком, и грозящие в любой момент превратиться в лавину, очевидны уже многим людям. И никакими разговорами о голодоморе, который был устроен в прошлом политиками для своих сограждан, эти проблемы не прикроешь. Идёт массовое обнищание страны. Но теперь уже за счёт людей со средним достатком. Сейчас уже они усиленно выталкиваются за черту бедности. Ведь если вообще неимущим повышаются на копейки пенсии, устанавливаются субсидии и льготы, а люди со средним достатком остались при своих прежних доходах, то основная тяжесть расходов от повышения цен, квартплаты и платы за коммунальные услуги ляжет именно на них, а значит, вскоре и они окажутся за чертой бедности. Так что количество бедных на Украине быстро растёт. Но этой проблемы не видят ни Президент, ни депутаты. Интересно, почему наши депутаты при своих-то доходах ещё и двумя руками голосуют за собственные льготы? А после получения очередных льгот эти далеко не бедные люди умилённо сокрушаются о голодоморе! И как бы они ни крестились, обмануть бога они не смогут.

Наблюдая за депутатами и слушая их выступления о голодоморе, не можешь не увидеть политической подоплёки этого трагического события в нашей общей истории, не можешь не отметить ничем не прикрытого лицемерия нынешних политиков.

Весьма удивляет, что при обсуждении такого серьёзного вопроса, как голодомор, абсолютно не учитывалось сразу несколько важнейших моментов: 1) то, что Украина во время голодомора была не отдельным государством, а республикой в составе единого Советского Союза; 2) то, что на Украине были свои органы республиканской власти, которые ретиво проводили в жизнь политику, характерную для всей территории страны; 3) тот факт, что голодомор в названные годы был не только на территории Украины, но и во многих областях Российской Федерации и в других союзных республиках.

Выступления многих депутатов, прежде всего от «Нашей Украины» и блока Юлии Тимошенко, носили явно выраженный провокационный характер. По сути, они стали беспрецедентным оскорблением памяти жертв голодомора. Выступающие, используя народную трагедию, стремились приобрести кое-какой политический капитал.

Безусловно, голодомор в любой стране мира, а не только в нашей является величайшим народным бедствием, но в то же время он является и преступлением политиков. Автор этих строк знает, что такое голод, не с чьих-либо слов, а из своего жизненного опыта: ему, четырёхлетнему, удалось пережить голод 1947 года, когда, чтобы выжить, приходилось есть лебеду, листья липы, цветы акации, свекловичную ботву и сырые буряки. Сырые не потому, что лень было их запечь или сварить, а потому, что нужно было их успеть съесть, так как их могли у него отобрать. Поэтому я и считаю преступным использование темы голода нечестными политиками в своих сегодняшних политических спекуляциях. Это крайне непорядочно и бесчеловечно.

Рассматривать голодомор 1932 – 1933 годов как борьбу с украинским народом – значит сознательно перевирать исторические факты. Ведь в то время на Украине была в самом разгаре украинизация, т.е. утверждалось украинство. Начиная с 20-х годов здесь боролись не с украинцами, не с украинским языком и культурой, а как раз наоборот – с русским языком и русской культурой. Ко времени голодомора республика была на 85 % украинизирована. Представьте себе, республика украинизирована в общественной жизни с нуля до 85%. Даже те её регионы, которые изначально были заселены русскими людьми. За использование русского языка к гражданам принимались административные меры воздействия. Многие люди по этой причине теряли свою работу, и таким образом утрачивали источник существования, т.е. им грозила голодная смерть. Это были первые кандидаты на голодную смерть. Очевидно же, что тот, кто занимался украинизацией, одновременно был организатором и проводником голодомора .

Несколько странно, что в настоящее время вопросы об украинизации и борьбе с русификацией в 20 – 30-е годы рассматриваются только в сфере языка, культуры, литературы, науки, образования, но остаются в стороне экономика, производство, различные политические и социальные преобразования, в частности коллективизация, имевшие место в то время. Кроме того, почему события на Украине в 30-е годы рассматриваются исключительно в масштабах республики и абсолютно никак не соотносятся в аналогичными событиями в общесоюзном масштабе?

Неужели голодомор – явление, характерное исключительно для Украины? Если это сугубо украинское явление, то тогда безусловно – это геноцид против украинского народа. Но если мы не станем выборочно выхватывать отдельные факты в одной лишь республике огромной страны, а увидим и поймём общие тенденции внутренней политической деятельности на всей территории страны – что будет и объективным, и правильным подходом, - то ни о каком геноциде против украинского народа не может быть и речи.

Любой человек, интересующийся историей своей страны, может легко убедиться, что усиление репрессий против граждан Советского Союза и устроенный властями искусственный голод не носили ни регионального, ни тем более национального характера. Потому что они имели тотальное общесоюзное направление. Это была общая линия партийного руководства страны. Если голодомор – борьба против украинского народа, то против какого народа боролись всё тем же голодом и в то же время в Поволжье, на Дону, на Кубани, в центральных регионах России?

В 1932 году вышла первая книга романа М.А. Шолохова «Поднятая целина», который был написан по непосредственному заданию И. В. Сталина. В романе один из его героев, Кондрат Майданников не спит ночей, долго мучается, рассуждая над тем, вступать ли ему в колхоз или нет. Оно, конечно, хорошо, размышляет он, когда всё нормально, когда урожай, тогда легко можно обойтись и без колхоза. А что делать, если не дай бог случится неурожай? Ведь тогда помрёшь голодной смертью. И в этом случае колхоз уже будет поддержкой, он поможет пережить трудное время. Так великий писатель, тонкий психолог и знаток крестьянской души, проявив предельные искренность и талант, невольно дал преступным политикам, находящимся у власти, решающий аргумент для того, чтобы загнать всех крестьян в колхозы. Большевистские власти не стали ждать неурожая – они устроили массовый голод в ближайшую же зиму – с 1932 на 1933 год.

Когда политическим репрессиям вообще и голодомору в частности придают региональный или национальный, антиукраинский характер, то тем самым сознательно сужают проблему и фальсифицируют трагические события и факты. Никакого национального геноцида в СССР не велось – ни украинского, ни калмыцкого, ни русского… Потому что повсеместно проводилась борьба против тех граждан страны, независимо от их национальности, которые не соглашались с политикой большевистского руководства или хотя бы сомневались в её правильности. Точнее, это был не геноцид, а социоцид, жесточайшая борьба со своими инакомыслящими согражданами, направленная на их полное уничтожение.

Так что утверждение о «геноциде украинского народа» и сознательное умалчивание того, что такую же трагедию переживали миллионы граждан СССР других национальностей и других регионов, - это сознательная грубая фальсификация истории или показатель исторического невежества. Но мне думается, что это выполнение очередного заокеанского заказа, направленного на борьбу с Россией? Ведь все претензии при этом предъявляются России и русскому народу, несмотря на то что правящая большевистская верхушка была интернациональной, а страной руководил без каких-либо ограничений Иосиф Джугашвили. Почему-то к Петрову, Иванову, Сидорову и даже Сталину все предъявляют претензии, но к Джугашвили не предъявляет их никто.

Следует отметить, что, по свидетельству очевидцев, на территории Украины погибло от голода очень много беженцев из центральных областей России, которые, действуя на основании лозунга «Украина – настоящая житница», спешили сюда, надеясь найти себе спасение, но нашли здесь свою голодную смерть, потому что она свирепствовала и на Украине. Об этом периоде известно не только из письменных источников. Моя тётя была свидетелем и участником этих событий. В 33-ем году во время голода, когда люди умирали и валялись на улицах, она подобрала и усыновила шестерых детей – от одного года да шести, - чьи родители умерли раньше своих малолетних детей. Именно от неё, от украинки, я и узнал, что очень много пострадавших были русскими беженцами, не местными. Но от этого трагедия не становится менее значительной. Именно поэтому следует вскрыть истинные причины этой глобальной социальной трагедии. Только тогда можно искать политические рецепты и рассчитывать, что ничего подобного не повторилось в будущем.

Недопустимо превращать величайшее общенародное бедствие многонациональной страны в очередной политический фарс. Как украинцу, мне стыдно, обидно и оскорбительно, когда под эту трагедию подводятся национальные причины и представляют всё так, будто бы это была лишь украинская беда, что это геноцид только против украинского народа. Эта позиция недостойна не только народного избранника, но и вообще любого уважающего себя порядочного человека.

Такая необъективность непростительна, потому что она якобы защищает украинский народ, но на самом деле гнусно оскорбляет его, делая из него недоумочного бесчувственного кугута, равнодушного к чужой боли. Нет, мы знаем, что такое боль и глубоко сочувствуем всем страждущим. Поэтому не нужно словоблудить с трибуны Верховной Рады и унижать граждан Украины, представляя только их пострадавшими в общенародной трагедии, тогда как машина голодной смерти, запущенная в тридцатые годы большевиками, прошлась по многим народам СССР. Не нужно акцентировать внимание только на одном пострадавшем. Ведь он не единственный. Их было очень много.

Сегодня намного уместнее всем нам склонить в скорби головы перед теми миллионами граждан разных национальностей, которые погибли страшной смертью, на которую обрекли их по политическим мотивам большевистские власти. Пусть этот социоцид останется в истории и нашем сознании памятником непримиримой ненависти человека к человеку. Ненависти недоумков, вызванной политическими причинами. Нет ничего страшнее и опаснее мести зацикленных на какай-то идее недоумков, считающих себя элитой.

Так что не то вы говорите, господа депутаты, не то делаете! Вы пытаетесь решить старый и совсем не актуальный вопрос, а лишь создаёте новые проблемы и делаете их хроническими. Почему сегодня вам мёртвые важнее живых7 Не потому ли, что им от вас уже ничего не нужно и ваша «забота» о них не угрожает вам никакими экономическими потерями? Для вас забота о мёртвых выгоднее заботы о живых – вам не жалко для них никаких слов. Слова – не деньги.

Разве вы не видите нынешних проблем народа, которые накапливаются с катастрофической скоростью, или не знаете, как их решать? Или вы стараетесь таким образом отвлечь внимание сограждан от актуальнейших проблем? Тогда нет вопросов. Что можно требовать от тех, кто хитрит, или у кого вообще нет ничего из требуемого. Посмотрите на свой состав: какие, например, государственные проблемы способна решать певичка Руслана, которая попала в Верховную Раду лишь потому, что добилась больших успехов в диких прыжках по сцене в трусиках или вообще без них, издавая при этом какие-то нечленораздельные, истошные крики? Какая может быть от неё польза, если у неё не хватает ума даже для того, чтобы понять, что ей совершенно нечего делать в Верховной Раде? А сколько во всех этих Радах заседает таких Руслан и Русланов, основным достоинством которых является дикие танцы, увесистый кулак или крепкая челюсть! И с такими «государственными мужами и жёнами» мы на что-то надеемся. Думаю, что не нужно стесняться напоминать тем, кто забывает или не знает, что в Верховной Раде должен быть несколько иной профиль работы. И совсем иное качество. Неуместная деликатность тех, кто может сказать, но не говорит, хуже преступления.

Нетрудно ведь догадаться, каков уровень интеллектуального развития у тех людей, т.е. у всех нас, которые выбрали себе таких представителей в высшие органы государственной власти.

Владимир Филатов,
председатель Донецкого областного
отделения Русского движения Украины